Чистая шерсть. Чистое золото. Поговорим начистоту.
Это второе словарное значение слова «чистый»: без примесей, без постороннего, ни с чем не смешанный.
Вот над ним я думаю чаще всего.
Чистая шерсть — это шерсть, и точка. Чистое золото — это золото, и точка. Никакого списка ингредиентов не нужно: ингредиент один.
Снимите с полки свой шампунь. Переверните. Сосчитайте.
Я видела этикетки, где их за тридцать. Тридцать веществ — чтобы вымыть волосы. Половину не выговорите. А некоторые и сам химик, что составлял формулу, в двух словах не объяснит.
Вопрос даже не в том, опасны ли они. Вопрос — что они там вообще делают.
Прабабушка назвала бы это просто хламом. Не потому, что разбиралась в каком-нибудь метилизотиазолиноне. А потому, что знала: для чистоты тридцати склянок не надо.
В её мыле было четыре вещи. Жир. Щёлочь. Вода. Время.
На выходе — две: мыло и глицерин. И то и другое выходит из процесса само собой. Ничего не добавили. Ничего не убрали. Ничего чужого.
Вот с этим значением у индустрии и беда.
Потому что «ничего не добавлено» не продашь. Отсутствие не разрекламируешь. Нет сюжета в «мы не стали ничего делать». Нет рекламной кампании в «мы это не трогали».
И тогда добавляют. Краситель — чтоб на вид как надо. Отдушку — чтоб пахло как надо. Консервант — чтоб лежало дольше положенного. Пенообразователь — чтоб на ощупь как надо. И вот в том, чему хватило бы четырёх, уже тридцать строк.
Чистая шерсть — это шерсть. Чистое золото — это золото. Настоящее мыло — это жир, щёлочь, вода и время.
Всё прочее — добавлено.